Радикальное искусство: от Венского акционизма до наших дней

Прямое влияние искусства на общественную жизнь осознавалось ещё с античных времен, но сила этого воздействия зачастую недооценивалась. Тем не менее в мире культуры свершилась настоящая эволюция: от пропаганды и политической агитации через скульптуру и театральные представления до акционизма. «Моноклер» разбирался в актуальном сегодня «искусстве прямого действия».

Несколько сотен лет назад влиять на человека с помощью искусства было намного проще, нежели сегодня. В мире без информации аудитория с удовольствием впитывала любые посылы, умело замаскированные под тот или иной вид живописи, скульптуры или театральных представлений. Так, во времена Шекспира с театральных подмостков транслировалась политическая пропаганда, а в серые будни раннего средневековья среднестатистическая личность ощущала свою неполноценность на фоне совершенства скульптур святых в христианских храмах.

Сегодня отягощенный глобальными проблемами мир переполнен всевозможной информацией, которую власть любого государства успешно использует, чтобы манипулировать массами и скрывать существующую реальность. Огромные объемы «информационного мусора» во всех сферах жизни, в том числе в искусстве, значительно затрудняют задачу художника: донести свой посыл до зрителя становится все сложнее. Тем не менее и сегодня художник не только может найти свою аудиторию, но и воздействовать на реальность посредством скандальных акций, заставляя массы взглянуть на действительность с другой стороны.

Примечательно, что возникший в 50-х годах XX века акционизм (направление, в котором художник стирает грань между искусством и действительностью), до сих пор продолжает ставить перед человечеством зеркало искусства, принуждая смотреть в него сквозь призму той или иной акции.

Самым ярким примером «отзеркаливания» сущности человека по-прежнему является перформанс югославской художницы Марины Абрамович под названием «Ритм 0», в котором основное действие выполняла публика. Женщина взяла на себя пассивную роль, сев на стул и предоставив в пользование зрителей 72 различных предмета, среди которых были нож, пистолет и хлыст. В течение шести часов случайные люди могли делать с телом художницы все, что заблагорассудится. Перформанс мог закончиться трагедией: кроме совершения пошлых и насильственных действий, люди хватались и за нож, и за пистолет с одним патроном. По истечении времени Абрамович спокойно встала со стула и двинулась навстречу толпе, повергнув её в ужас.

Абрамович, венский акционизм и Павленский (радикальное искусство)

Марина Абрамович во время акции «Ритм 0»

С помощью радикального искусства изобличением общественного мнения и современного мироустройства занимались и другие художники. Например, Герман Нитш работал с кровью и внутренностями животных, чтобы показать абсурд и ужас Второй мировой войны. Акция Криса Бурдена, ассистент которого публично прострелил ему руку, трактовалась как реакция на войну во Вьетнаме. Нередко за подобные действия художник оказывался не только на принудительном лечении в психиатрической клинике, но и в тюрьме.

Символом российского «искусства прямого действия» сегодня можно назвать акциониста Петра Павленского, который, по его словам, занимается «политическим искусством». Павленский совершает шокирующие общественность акции, пытаясь вывести на чистую воду политическую систему страны.

Он известен такими акциями, как «Шов», «Туша», «Фиксация», «Свобода», «Отделение» и «Угроза», в рамках которых художник зашил себе рот, завернулся нагишом в колючую проволоку, прибил свое тело на Красной площади к брусчатке, поджег покрышки на Мало-Конюшенном мосту в Петербурге, отрезал мочку правого уха и, наконец, поджёг дверь здания ФСБ на Лубянке, где  остался ожидать собственного задержания с последующей просьбой судить его по статье «терроризм».

На акции Павленского, как и на акции PussyRiot, общественность реагировала неоднозначно. Многие публично высказывались, что художник психически болен. Однако работавший с ним психиатр Владимир Менделевич утверждает, что не видит у мужчины ни одной психической патологии. В документальном фильме о Павленском он заявляет, что одной из причин подобных акций является инфантилизм.

«Протест свойственен инфантильному миру, а он инфантильный. Ребенок протестует против взрослого общества. Петр протестует против взрослого общества, он бы хотел, чтобы оно строилось не так, как строится по-настоящему. Мы все циники, а он не циник. Это детское качество. Он уверен, что можно изменить мир подобными акциями».

Сам Павленский утверждает, что все его акции направлены на демонтаж декораций, прикрывающих фасад современных общественных институтов. Интересно, что такое «искусство прямого действия» связано с реальностью от и до. Павленский вторгается в общественное пространство, превращая себя в субъект или объект акции. Далее, используя доступные каждому средства, будь то гвоздь или старые автомобильные покрышки, он совершает прямое и радикальное высказывание, которое слышат десятки тысяч человек по всему миру.


СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Перформативное искусство: от авангарда до наших дней


По словам художника, для него первостепенное значение искусства состоит в обличении той или иной социальной или политической проблемы. Он убеждён, что подобные идеи необходимо высказывать в обществе, маскирующем своё истинное лицо. Говоря о поджоге двери ФСБ, он сообщает:

«Эта акция была попыткой осветить то, что они пытаются спрятать. То, что действующий могильник одновременно является центральным очагом власти над 146 млн человек».

В ХХ веке многие художники и литераторы взаимодействовали с реальностью посредством своих произведений, остро реагируя на все мировые катастрофы. Но разница между вчера и сегодня заключается в том, что тогда крик отдельного человека оставался внутри книги или картины. Сегодня же художник задействует окружающую реальность до, во время и после акции.

Так, Павленский обращает внимание общественности к прошлому печально известной карательной системы, вмешивается в её настоящее посредством символики двери и огня и превращает в показательный спектакль все то, что происходит после — задержание, допросы, суд.

Казалось бы, зачем отдельные личности или группы людей пытаются идти против укоренившейся системы? Приверженцы «политического искусства» и «искусства прямого действия» понимают, что в условиях псевдосвободы необходимо говорить о глобальном лицемерии.

Павленский уверенно замечает:

«Если человек не занимается политикой, то политика занимается человеком».

Художник убежден, что его искусство способно расшатать укоренившуюся систему современных общественных институтов:

«Задача политического искусства — это не говорить о политике, а вторгаться в эту систему. Цели искусства — это расшатывание декораций власти, которыми власть прикрывает свой административный оскал».

Едва ли можно говорить о том, что акционизм и подобные течения способны в одночасье сломать укоренившийся строй. Однако ценность политических акций и перформансов заключается в их антипропаганде и стремлении показать абсурд происходящего, истинную сущность окружающих каждого вещей. Подобные действия являются аналогом большого общественного зеркала, которое транслируется аудитории посредством СМИ. И именно это отражение реальности, прямое взаимодействие с действительностью и интерактивная связь зрителя и художника способствуют избавлению от иллюзорного мира и постижению сути происходящего.

Фото обложки: Оксана Шалыгина / Facebook.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Обозреватель:

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: