Философский фикшн: 10 художественных произведений от выдающихся мыслителей



Весёлый рассказчик Вальтер Беньямин, Гёте-человековед и Маркс-юморист: преподаватель английского языка и гуманитарных наук из лондонского университета «Бирбек» Эстер Лесли сделала для The Guardian подборку наиболее интересных и неожиданных произведений, написанных известными философами. Мы подготовили для вас перевод.

Художественные произведения философов

Marco Gomes / flickr

Философия представляется нам сухим занятием, напоминающим математику или скучные заседания в зале суда. Но иногда ей становятся присущи игривость и поэтичность литературного языка, а работы некоторых философов даже изучаются с точки зрения художественной и образной ценности. Жан Бодрийяр, например, разрабатывал теорию симулякров и размышлял о сценариях реальности, более диких и невероятных, чем научная фантастика. Именно Бодрийяр заострил внимание читателей на абсурдном несовпадении знаков и значений.

Но постмодернистские приемы —  не единственная стратегия, заимствованная философией из художественной литературы. Большая работа Гегеля «Феноменология духа» может быть прочитана как огромный роман, в котором персонажи, воплощения духа, постепенно продвигаются через мир и через историю. Переводчик на французский язык Жан Ипполит назвал работу Гегеля «философским романом». Ницше был настоящим стилистом, и его «Так говорил Заратустра» часто появляется в топ-списках философских романов. В книге есть главный герой и сюжет, напоминающий линию романа воспитания, в котором  трагический герой усваивает уроки жизни через череду неудач.

Когда индустриальный капитализм с его войнами и промышленностью всколыхнул Европу, литературная форма стала крайне важной проблемой для недовольных философов — особенно для тех, кто творил в разбитой войной Германии, воспитанных в гегелевской традиции с присущим ей чувством универсальности истории и диалектическим методом. Некоторые убеждены, что эпическая поэзия кажущегося гармоничного и единого античного мира была невозможна для новой эпохи, породившей роман — жанр, который создавался индивидумами для индивидумов. Теория романа, написанная Дьёрдем Лукачем в разгар Первой мировой войны, описывает падших персонажей современной жизни как трансцендентально бесприютных и далеких от больших смыслов.

Роман как жанр формировался в мире, в котором личная жизнь отдельных людей, революция и чувство разочарования тесно переплелись между собой. К началу XX столетия роман был изрядно поизношен и впитал в себя весь хаос, топот и звон современной жизни. Лукач, будучи коммунистом, предлагал писателям-романистам разрабатывать рациональные и функциональные миры, подобные тем, которые были воплощены когда-то в творчестве Вальтера Скотта и Бальзака. Другими словами, Лукач предпочел Томаса Манна Францу Кафке. Иные же философы-поэты, впитавшие наследие Гегеля, Маркса и Ницше и сформировавшуюся критическую теорию, добавили своим произведениям «литературность», философию и политику. Они прибегли к гиперболизации, эмоциональным резонансам экспрессионизма, игривости дадаизма или сказки, загадочности аллегории и проницательность «Новой вещественности». Одним из представителей этих философов был Вальтер Беньямин, который и начнёт подборку философских романов.

 

Вальтер Беньямин, «Рассказчик»

The Storyteller (англ.)

Беньямин известен своей сложной марксистско-мессианской философией, которая со временем, как, например, в его книге «О понятии истории», стала находить выражение в притче, метафоре и поэтическом описании. Менее известен тот факт, что он пробовал себя в разных литературных формах — писал много сценариев для радиоспектаклей, сонеты, тритменты к фильмам, рассказы, новеллы и множество других, как правило, коротких, форм. Среди них есть кафкианские притчи, пародии и сатирические истории, иронизирующие над бытовыми условиями его жизни, сюрреалистические фантастические сказки, мифы для детей о происхождении жизни и реалистичные психологические истории. Все эти мелкие истории можно найти в сборнике «The Storyteller». Темы, которые в нём поднимаются, касаются путешествий, игры, любви, судьбы, литературной традиции, отношений между поколениями, действия и бездействия — так же, как и философские труды Беньямина. Один из его ранних рассказов называется «Шиллер и Гёте: взгляд обывателя» (Schiller and Goethe: A Layman’s Vision). Он представляет собой странную галлюцинацию, в которой история немецкой литературы  предстает в виде пирамиды, чуть было не уничтоженной дьяволом.

 

«Избирательное сродство», Иоганн Вольфганг Гёте

Die Wahlverwandtschaften (нем.)

Вышеупомянутый Гёте безмерен: поэт, государственный деятель, драматург, новеллист и романист. В своем творчестве он опирается на свои философские воззрения, а также на собственные натурфилософские эксперименты в области теории света, оптики, ботаники и эволюции. Этот роман отражает различные интересы писателя, касающиеся химии человеческих взаимоотношений, того, что притягивает, отталкивает, формирует склонности отдельного человека и определяет его реакции.

 

«Скорпион и Феликс: юмористическая повесть», Карл Маркс

Scorpion and Félix: A Humouristic Novel (англ.)

Маркс написал этот роман в 1837 году, в возрасте 19 лет. Эта книга абсурдна, эксцентрична, полна игры слов и по стилю напоминает «Тристрама Шенди» «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» (англ. The Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman) — незаконченный юмористический роман Лоренса Стерна.. Она также является частью зарождавшейся дискуссии с немецкой идеалистической философией, и здесь Маркс размышляет о материальных потребностях личности и делении общества на классы:

«Обычный смертный — тот человек, у кого нет права на первородство: он борется с бурей жизни, бросается в волнующееся море и выхватывает жемчужины Прометея прямо из морских глубин; перед его глазами возникает во всем своем величии внутренняя сущность, и он с еще большей смелостью начинает творить; но на того, кто рожден с правом на первородство, попадают лишь капли, из-за страха он не может напрячь и конечностей, поэтому он не выходит из дома».

 

«Следы»  (Traces) Эрнста Блоха

Spuren (нем.)

Блох не писал фантастику, но некоторые из его ранних философских трудов, таких, как этот сборник  эссе, рассказов, сказок и анекдотов, в ненавязчивой форме стремится неотступно следовать за модусом «еще не» и «привнести свет» в неясные моменты жизни. Это философия в поэзии.

 

«Ginster», Зигфрид Кракауэр

Ginster. Von ihm selbst geschrieben (нем.)

Автобиографический роман, включающий фарсовые эпизоды в духе Чарли Чаплина и горькие ироничные размышления героя-аутсайдера из «потерянного поколения» о смысле жизни и мира. В бесстрастной и комической форме автор препарирует современное восприятие человеческого тела и потерю индивидуальности в массовой культуре. Роман доступен только на немецком языке.

 

«Доктор Фаустус. Жизнь немецкого композитора Адриана Леверкюна, рассказанная его другом», Томас Манн

Doctor Faustus (англ.)

Томясь под горячим солнцем в «немецкой Калифорнии», писатель Томас Манн и философ Теодор Адорно вместе работали над этим масштабным романом. Этот рассказ о бесчеловечности и рациональности, главный герой которого, композитор, напоминает чем-то Арнольда Шёнберга Арнольд Франц Вальтер Шёнберг (нем. Arnold Franz Walter Schoenberg; 1874  —  1951) — австрийский  композитор и музыковед, крупнейший представитель экспрессионизма в музыке, основоположник новой венской школы, автор такой техники, как додекафония.. Работы вымышленного демонического, больного сифилисом композитора Адриана Леверкюна описываются строчками из «Философии новой музыки» Адорно. Сам Адорно появляется в образе дьявола, как «теоретик и критик, который по мере сил также занимается сочинительством».

 

«Сокровища индейца Джо», Теодор Адорно

Der Schatz des Indianer Joe (нем.)

Адорно написал это либретто в начале 1930-х годов, вдохновившись «Ураганом над Ямайкой» (A High Wind in Jamaica) Ричарда Хьюза. Речь идет о дружбе двух мальчиков в сельскохозяйственной Америке XIX века, но главные темы произведения — страх и чувство вины. В произведении нашлось место убийству, домам с привидениями, казни; кроме того, Адорно вводит таких персонажей, как Гекльберри Финн и Том Сойер, чтобы использовать их для воплощения своего излюбленного приема — «демифологизации». Только на немецком языке.

 

«Набросок романа о Невилле Чемберлене», Макс Хоркхаймер

Sketch for a Novel on Neville Chamberlain (англ.)

Социолог и теоретик Франкфуртской школы Хоркхаймер также написал «Рассвет и упадок» — поэтическое исследование немецкого общества и его антиреволюционных настроений, используя афоризмы и короткие эссе. Но наибольший интерес вызывает именно эта часть его творчества. В своей сатирической работе он описывает путешествие Чемберлена по загробной жизни и его встречу с Всевышним. Бог — вопреки его ожиданиям — это женщина, но, вопреки его опасениям, она разделяет его социал-демократические взгляды.

 

«Все королевские лошади», Мишель Бернштейн

All the King’s Horses (англ.)

Бернштейн был ситуационистом Ситуационизм — направление в западном марксизме, возникшее в 1957., погруженным в философию Гегеля и Маркса. Считается, что он написал этот роман, чтобы заработать деньги, и тем самым заложил основы низкопробной популярной литературы, послевоенных романов для подростков:

«Все мы герои романа, вы этого не заметили? И вы, и я говорим короткими сухими предложениями. В нас есть что-то незавершенное. Как и в романах. Они не рассказывают вам всего. Таковы правила игры. И наша жизнь так же предсказуема, как и роман».

 

«Зоопарк «Дадли»: история одного слона», Альфред Зон-Ретель

Dudley Zoo: eine Elefantengeschichte (нем.)

Зон-Ретель больше известен работами в области эпистемологии, чем своей детской книжкой, действие которой разворачивается в Уэст-Мидлендсе. Это небольшой рассказ о сбежавшем слоне, раздавившем ярко-красный автомобиль Mini. Сказочная история, достойная экранизации, остроумна и непредсказуема. Она была опубликована на немецком языке в 1987 году, когда Зон-Ретелю было 88. На страницах книги размещена милая иллюстрация самого Зон-Ретеля, читающего газету Sunday Times, испещренную множеством рисунков, изображающих, как слон садится на машину.

Источник: Top 10 philosophers’ fictions / The Guardian

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Обозреватель:

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: