«Тирания долженствования»: как требования к себе и миру порождают невроз и обедняют нашу жизнь


Нашли у нас полезный материал? Помогите нам оставаться свободными, независимыми и бесплатными, сделав любое пожертвование: 


«Тирания долженствования» и поиски одобрения: публикуем главу из книги «Разум или чувства» основателя рационально-эмоционально-поведенческой терапии Альберта Эллиса и разбираемся, как наши иррациональные убеждения приносят нам страдания и блокируют наше развитие.

Что делает нас более уязвимыми — негативный опыт, детские травмы или наши собственные оценки этого и те иррациональные установки и убеждения, которые у нас сформировались в течение жизни? Один из первопроходцев когнитивной терапии Альберт Эллис уверен, что не обстоятельства причиняют человеку страдания, а он сам своим отношением к ним. В мире есть и всегда будут сложные и неприятные вещи: трудности, испытания, болезни, несправедливость, многие из которых мы не в силах ни отменить, ни изменить. Но как относиться к трудностям и как действовать в неблагоприятных обстоятельствах, зависит всецело от нас, это наш выбор и залог нашей свободы.

В основе разработанной им рационально-эмоционально-поведенческой терапии (РЭПТ) лежит простая формула «АВС», где А (ативатор) — активирующее событие, неблагоприятный опыт или фактор (не получается достичь важной цели, которую вы себе поставили; вы лишены чего-то, что имело для вас большой смысл, приносило вам удовольствие и т.д.); С — эмоциональное последствие или реакция; и В (убеждения), которые находятся между А и С — мысли, установки, верования относительно активаторов. Причем, по Эллису, установки могут быть как рациональными («не люблю, когда так происходит», «это досадно» и т. д.), так и иррациональными в виде жестких требований, которые касаются того, чего в принципе, по мнению человека, не должно происходить.

Именно от установок зависит, как мы себя чувствуем и справляемся с проблемами. Как считает Эллис, «тирания долженствования» и навязчивый поиск одобрения — 2 ключевых паттерна, делающих из человека невротика.

Отвлечение, переключение и другие подобные методы избавляют от страданий лишь временно, поскольку не затрагивают порождающую их основу — жесткие догматические требования. Формула невроза проста: «Того, что мне не нравится, НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ! А то, чего я хочу, что я ценю или считаю правильным, ДОЛЖНО БЫТЬ!» Но реальность не подчиняется требованиям человека, поэтому при столкновении с ее «строптивостью», а на самом деле ее законами, возникает противоречие между «должным» и «сущим», которое и вызывает злость, тревогу, отчаяние, вину, стыд — одним словом, невротические чувства.

В своей книге «Разум или чувства» (ИД «Питер»), рассчитанной на неспециалистов, Альберт Эллис и его коллега Роберт Харпер рассматривают целый ряд подобных установок с точки зрения разработанной ими системы психотерапии. Авторы книги предлагают нестандартные решения для работы над эмоциональными расстройствами.

Разум или чувства, Альберт Эллис
Обложка книги / ИД «Питер»

Мы выбрали главу, где на примере клиентских случаев они показывают, как могут работать наши иррациональные установки, превращаясь иногда в самосбывающиеся пророчества, особенно в партнерских отношениях, каким образом страх изменений блокирует наше развитие, к чему приводит «тирания долженствования» и зависимость от одобрения и почему при этом рациональность, доведенная до крайности, может лишить нас богатсва и разнообразия жизни и ее проявлений.

Всегда ли разум разумен

Давайте посмотрим правде в глаза: здраво мыслить и чувствовать у нас получается плохо. Даже если мы умны и образованны, легче вести себя глупо. И не то чтобы иногда, нет. Мы делаем это очень часто!

Так можно ли называть людей разумными животными? И да, и нет. Каждый из нас — это «коктейль», состоящий из ума и бездумности. С помощью наших мозгов мы порой творим настоящие чудеса. Если сравнивать людей с ближайшими родственниками в животном мире (приматами), то даже самые примитивные из нас гораздо умнее самой развитой обезьяны. Словом, мы вроде как разумные существа. Но наше поведение очень сильно подвержено нелепым предрассудкам и глупым убеждениям.

В отношениях друг с другом мы порой бываем очень внушаемы, подозрительны, нетерпимы. Даже когда понятно, что мы себе вредим, часто не получается это исправить. Нам невероятно трудно начать вести себя по-другому. Если и удается, то редко и совсем ненадолго, — так и тянет вернуться на проторенную дорожку.

Рассмотрим типичный случай. Ко мне (Р. А. Х.) на прием пришла Марло — невероятно привлекательная и умная молодая женщина, работающая помощником президента крупной корпорации. Она начинала с должности секретаря, имея за плечами только школьное образование. Благодаря выдающимся способностям и личностным качествам ее довольно скоро заметили, и теперь она занимала в компании очень важную позицию с огромным объемом ответственности.

В личной жизни, однако, все было не так радужно. В двадцать лет она встретила взрослого мужчину, влюбилась и стала встречаться с ним уже через несколько недель знакомства. Затем Марло узнала, что ее избранник не собирается разводиться с женой, и была в шоке от этой новости. Решив, что жизнь не имеет смысла, девушка приняла большую дозу снотворного. К счастью, ее нашел друг и быстро отвез в больницу, там ей сделали промывание желудка, и трагических последствий удалось избежать.

Дальше события развивались самым романтическим образом. Пол — врач, который делал Марло промывание желудка, сразу же в нее влюбился. Начался роман, но на настоящее сближение Марло не шла, поскольку после предыдущего печального опыта считала, что все мужчины плохие. То есть эта весьма умная женщина сделала нелепейшую ошибку, о которой можно прочитать в любой книге по логике: чрезмерное обобщение, доведенное до абсурда. Раз один мужчина соврал ей, значит, все мужчины врут и им нельзя доверять.

На этом проблемы не кончились. Терпеливый и понимающий Пол помог Марло избавиться от страхов. В конце концов он смог ее убедить, что действительно любит и хочет жениться. Марло нехотя приняла предложение о замужестве и почувствовала облегчение, когда они отложили свадьбу: Полу нужно было закончить обучение и получить диплом врача. Марло чувствовала (то есть упорно верила, невзирая на все свидетельства об обратном), что Пол на самом деле не любит ее.

Она думала, что если первый мужчина лгал ей, то и Пол тоже будет, а еще убедила себя в следующем:

«Тот мужчина ушел от меня не из-за своей безответственности, а потому что узнал меня получше и увидел, насколько я неинтересный человек. Пол просто этого еще не видит, поэтому ему кажется, что он меня любит. Как только он узнает меня получше, как только поймет, какая я на самом деле, то тоже уйдет. Так что лучше не торопиться — подождем годик, чтобы у него было время все понять, и тогда можно будет избежать кошмара с разводом».

Вот такими соображениями руководствовалась Марло — казалось бы, умнейшая женщина. Она ожидала расставания с Полом, которое, по ее мнению, обязательно должно было случиться, как только он ее узнает как следует и разочаруется.

Дальше было вот что: Марло не доверяла чувствам Пола, поэтому стала его жутко ревновать. Если после окончания рабочей смены в больнице он задерживался больше десяти минут, она уже была готова к скандалу. Если Марло видела, что Пол улыбается пациентке, медсестре или коллеге, то обязательно обвиняла его во флирте.

Иррациональное мышление отвоевывало все большую территорию. Марло рассуждала так: раз один мужчина обманул ее, то и другой тоже так поступит. Это порождало неуверенность, сомнения по поводу брака. Появлялись мысли вроде: он отложил свадьбу, не стал настаивать на немедленном решении вопроса — может, не так уж я ему нужна? Да и вообще, заслуживаю ли я такого, как Пол? Он интересный (в отличие от меня), заботится обо мне. А я…

Из-за этих размышлений Марло чувствовала себя незащищенной. И как следствие, ревновала все больше.

Понимая, откуда берется эта ревность, Пол много беседовал с Марло и в итоге даже отправил ее к психоаналитику. В течение следующих двух лет девушка ходила на сеансы три раза в неделю. Большую часть времени на этих сеансах занимал процесс реконструкции детства. Что удалось выяснить? Марло любила своего отца и была для него любимым ребенком. Однако она всегда боялась, что папа может в ней разочароваться и отдать предпочтение ее старшей сестре. Аналитик, работавший с Марло, считал, что именно этот сюжет из детства является причиной проблем. Клиентка не возражала, на какое-то время она даже успокоилась, почувствовала себя немного лучше. Но, «реанимировав» прошлое, избавиться от разрушительной ревности в настоящем ей не удалось. Марло разочаровалась и отчаялась — и перестала ходить к психоаналитику.

К этому времени Пол окончательно устал. Он уже начал сомневаться, будет ли жизнь с Марло действительно счастливой, и думал о расставании. Но он решил сначала отвести свою подругу к психотерапевту — поскольку помнил о ее попытке суицида. Пол убедил Марло пройти несколько сеансов со мной. Мы встретились пять раз, клиентка уже начала понемногу перестраивать свое мышление, отказываясь от иррациональных убеждений, и тут Пол решился на разрыв. Он объявил о расставании буквально перед нашим очередным сеансом.

Можете себе представить ее состояние. Хотя с утра Пол дал Марло успокоительное, чтобы «подготовить» ее к разговору, истерика с ней все-таки случилась. Минут пятнадцать я помогал ей успокоиться, а потом она сказала:

«Теперь я знаю, что должна сделать. Я должна закончить то, что Пол помешал мне сделать три года назад».

«Вы имеете в виду самоубийство?» — спросил я.

«Да».

«Ваше право, конечно. Но зачем, — сказал я с улыбкой, уничтожать себя сейчас, если вы можете остаться жить и благополучно мучить себя еще лет пятьдесят как минимум?»

У меня большой опыт работы с такими ситуациями. Когда речь идет о суициде, разговаривать надо максимально открыто, прямолинейно и с ноткой юмора. Как это всегда и бывает на моих сеансах РЭПТ. Я глубоко убежден, что, несмотря на все приятные аспекты жизни, каждый человек (в том числе любой мой клиент) имеет полное право захотеть расстаться с ней.

Поэтому я не волнуюсь, когда кто-то говорит о суициде, а просто работаю с иррациональными убеждениями относительно него — точно так же, как с любыми другими деструктивными убеждениями. Мои клиенты видят, что я воспринимаю их намерение всерьез, что я не отрицаю их права на такое решение. Но в то же время я хочу помочь им заново взглянуть на некоторые возможности, которые предоставляет жизнь, — чтобы они поняли, действительно ли хотят умереть.

Вернемся к Марло. Она сказала мне:

«Я знаю, что имею право уйти из жизни. И именно это я и собираюсь сделать, потому что идти дальше нет смысла. Жизнь — обман. Я не могу никому доверять, и положиться мне не на кого. Все всегда кончается одинаково».

«Только потому, что двое мужчин, один за другим, оставили вас? По-моему, этого мало для таких далеко идущих выводов!»

«Все равно. Все одно к одному».

«Чушь! Как может такая умная женщина верить в такую ерунду! Не вижу ничего общего между историей с первым мужчиной, который не хотел брать на себя ответственность и не развелся с женой, чтобы быть с вами, и Полом, который расстался с вами из-за того, что вы вели себя, мягко говоря, как ревнивая дура. Если вам хочется иметь надежные отношения с кем-то, то мне кажется, надо просто перестать вести себя столь раздражающим образом. Вам стоит перестать требовать от мужчин стопроцентной гарантии безопасности».

«Откуда мне знать, что Пол с самого начала не планировал так поступить? Прямо как Роджер, мой первый, три года назад. Может, он сделал это специально: получил от меня все, что хотел, и бросил практически прямо перед свадьбой!»

«Конечно, вы не можете знать наверняка. Но вообще-то ситуация так не выглядит. По крайней мере, я этого не вижу. Предположим даже, что вы правы и Пол действительно использовал вас и бросил на пороге церкви. И что? Он, как и Роджер, поступил аморально. Но почему это должно быть вашей проблемой? Разве моральная неполноценность этих двоих мужчин — достаточный повод, чтобы расстаться с жизнью?»

«Но если я не могу никому доверять, — жалобно сказала Марло, — то перспектива счастливых отношений невозможна вообще ни с кем!»

«Да почему же ни с кем? — я гнул свою линию. — Двое мужчин — это ведь не все мужчины мира. Да, Роджер и Пол подвели вас. Но не стоит чересчур обобщать. Представьте: вы нанимаете ассистентку, и она не справляется. Потом вы нанимаете вторую, и с ней тоже не получается нормально работать. Разве в этой ситуации вы сделаете вывод, что нужного специалиста не найти и поиск вообще не имеет смысла?»

«Думаю, нет, я буду искать дальше. Кажется, я понимаю, о чем вы».

«Вам не повезло встретить одного за другим двух плохих мужчин, — но разве это доказывает, что вам все и всегда будут лгать?»

«У меня складывается такое впечатление, что потерю Пола вы не рассматриваете как что-то значимое…» — сказала Марло довольно спокойно.

«Вовсе нет. Но сейчас важнее обратить внимание на то, что потеря себя не рассматривается вами как что-то значимое».

«Вы имеете в виду, что, думая покончить с собой, я не рассматриваю себя как что-то значимое, что-то, что стоит продолжения?»

«А разве не так? Помните анекдот про женщину на судебном допросе? Судья спрашивает: “Как получилось, что у вас пятеро детей, от года до восьми лет, когда ваш муж умер три года назад?” “Знаете что, господин судья, — отвечала женщина, — мой муж умер, но я-то нет!” Вот эта женщина точно знала, что ей стоит жить, даже если ее муж безвозвратно ушел. Она принимала себя. А вы?»

«А как я могу себя принять, если никто меня не принимает. Один мужчина за другим. Двое мужчин подряд меня отвергли. Разве это ни о чем не говорит?»

«Это говорит кое-что о вас: вы верите, что для принятия себя нужно сначала найти мужчину, который будет вас принимать. Вы постоянно себя оцениваете, и эта оценка зависит от одобрения окружающих. Ваша логика: “Если любимый человек меня не одобряет, то я ничего не стою. Двое мужчин, один за другим, не любили меня настолько сильно, чтобы жениться. Это доказывает, что я ничего не стою!” Не видите подвоха в своих рассуждениях?»

«М-м-м. Дайте подумать. Я постоянно твержу себе, что моя жизнь будет не напрасной, если кто-то меня по-настоящему полюбит. Потом появляется мужчина, потом он от меня уходит, и я прихожу к выводу: конечно, так и должно было случиться. Я ничего не стою, а такого человека полюбить нельзя. Действительно, какой-то замкнутый круг».

«Но ведь вы рассуждаете именно так?»

«Похоже на то. Нужно еще над этим подумать».

«Как раз к этому мы и стремимся: подумать об убеждениях. Вам надо как следует поразмышлять над ними. Когда вы будете думать о своей личностной ценности, нужно помнить еще об одном важном аспекте».

«Каком именно? — с интересом спросила Марло.

По ее лицу было видно, что она занята поиском решения. Невозможно было представить, что всего десять-пятнадцать минут назад эта женщина посматривала на окно, думая о самоубийстве.

«Поразмышляйте о тех огромных требованиях, которые вы предъявляете людям, с которыми находитесь в отношениях. Например, как это было с Полом. Вы сильно занижали свою личностную ценность и думали, что чужое одобрение ее повысит. Как следствие, вы не просто хотели, чтобы другой человек относился к вам хорошо, а требовали, чтобы так было».

«То есть я требую, чтобы Пол одобрял меня, независимо от того, как я себя веду с ним и что делаю?»

«Да. Для удовлетворения потребности в абсолютной любви вам необходимо, чтобы партнер вписывался в строгие рамки ваших представлений о том, как он должен себя вести, чтобы вы ему доверяли. И если он хотя бы чуть-чуть выходит за эти рамки, вас это выводит из себя, а его вы сразу считаете ветреным и не стоящим доверия. Продолжая держаться за эти требования, вы сами подтолкнули Пола к тому, чтобы уйти. И это “доказывает” вам, что ему нельзя было доверять. Еще один замкнутый круг! На самом деле проблема только в том, насколько ваше мышление нелогично, крутится вокруг придуманных правил и постоянно требует чужого одобрения».

«Думаю, Пол был нужен, чтобы поддерживать меня. И я считала, что эта поддержка должна выражаться в удовлетворении моих потребностей (прежде всего, видимо, потребности в одобрении). Когда я была недовольна его поведением, мне казалось, что я неинтересный человек, поэтому и не получаю одобрения. Я говорила себе: “Пол считает меня скучной. Это доказывает, что я ничего не стою. Бедная я, недостойная! Сижу тут и жду его поддержки, чтобы жить в этом большом суровом мире”. Надо же! Я ведь действительно так думала. Все время».

«Надо начать доверять себе, иначе доверять другим вы не сможете. Вам нужно понять: если от вас уходят, это неприятно. Но не ужасно! Когда вы это поймете, можно будет постепенно менять свое поведение. Его можно будет выстроить таким образом, чтобы партнер от вас не убежал».

Мы еще долго говорили с Марло. К концу сеанса она не только успокоилась, но и начала по-другому относиться к продуктивному мышлению. Люди склонны к быстрому получению удовольствия, например перееданию, алкоголю, курению, — и все это нам тоже вредит.

Даже когда люди знают, что для них лучше, они этого не делают. Зная, от чего лучше отказаться, все равно продолжают себе вредить. И в отношениях большинство людей ведет себя глупо. Да, когда человек живет один на необитаемом острове, он может вести себя как угодно. Но чаще мы живем в обществе и все время взаимодействуем друг с другом. В той или иной степени нам необходимо подстраиваться под других. Но чтобы прожить свою жизнь, человеку нужно быть независимым и сохранять индивидуальность, быть собой.

Найти свое место между двумя этими полюсами трудно. Иногда это даже кажется невозможным, и человек начинает метаться, не решаясь сделать окончательный выбор в пользу себя или других.

Возьмем простую ситуацию. Вы сидите в обществе других семи-восьми человек и разговариваете с ними. Люди, которые вас окружают, достаточно умны и интересны, но у вас нет никаких комплексов по этому поводу. Тем не менее в этой ситуации может проявиться противостояние «индивидуальность/социум». Если вы будете настаивать на теме разговора, которая интересует вас, некоторые члены группы могут заскучать или вообще обидеться, что вы тянете одеяло на себя. А если вы полностью устранитесь от выбора темы, предоставив другим решать, о чем говорить, то, возможно, так и просидите весь вечер, не сказав ни слова.

Если речь зайдет о чем-то, по поводу чего вы имеете оригинальное мнение, то, честно озвучив свои взгляды, вы можете кого-то задеть, шокировать или разозлить. Если же вы решите промолчать или обойти острые углы и высказаться не до конца искренне, то не сможете себя уважать.

Даже если вы будете вести себя деликатно и дадите возможность высказаться каждому члену группы, некоторые из них могут быть не особо вежливы. Кто-то не будет давать говорить другим, и в итоге вам придется промолчать о каких-то вещах, которые вы считаете важными и хотели бы обсудить. А если вы решитесь и перебьете слишком активных, они могут обидеться, что им не дали договорить.

Получается, что абсолютно выигрышного решения здесь быть не может. Неважно, что вы сделаете. Если вы поступите так, как действительно хотите, то у кого-то из группы будет меньше свободы, и ему это не понравится. А если делать только так, как удобно другим, это ограничит ваши возможности и вам будет неприятно. Кто-нибудь всегда будет ущемлен — за исключением случая, когда желания каждого полностью совпадают с желаниями всех остальных участников группы (но так бывает очень редко).

Ситуация усложняется еще сильнее, когда вам очень важно, что о вас подумают другие. Если вы беспокоитесь об одобрении со стороны других, то, скорее всего, позволите им делать, что они хотят, — даже в ущерб вашим желаниям. Результат: вы начнете винить себя за слабость и будете недовольны тем, что другие эту слабость видят. Другой вариант: вы будете действовать, как хочется вам, но при этом начнутся переживания, не стал ли кто-то относиться к вам хуже из-за этого.

Излишнее стремление к одобрению со стороны других людей — признак невроза. Но даже здоровому человеку очень трудно сделать выбор между собственными желаниями и тем, чего хотят окружающие. Это обескураживает. Вам хочется делать то, что вам хочется. Но при этом вам также хочется, чтобы другим было комфортно, чтобы они не обозлились и не обиделись на вас. Даже если у человека нет зависимости от чужого мнения, он все равно оказывается меж двух огней, пытаясь разрешить этот конфликт.

Если говорить о более сложных групповых отношениях, то там ситуация совсем напряженная. Всюду, где есть конкуренция, — например, среди учеников, которые соревнуются, стараясь получить хороший балл и поступить в приличный колледж, или среди сотрудников офиса, каждый из которых хочет получить премию или добиться повышения зарплаты, — очень непросто действовать в своих интересах, не обходя и не задевая кого-то другого.

Практически в любой социальной группе мы как будто ходим по канату с шестом, на одном конце которого наши предпочтения, вкусы и желания, а на другом — желание никого не обидеть и не навредить (как себе, так и другим). Мы не можем заранее все просчитать и увидеть, как обернутся наши решения (даже самые разумные). И мы пытаемся действовать сообразно обстоятельствам. Когда человек только появляется в какой-то новой для себя группе, то обычно сперва осматривается, молчит, позволяет другим проявить себя. Позже аккуратно пробует «вставить свои пять копеек» и смотрит, как на это отреагируют другие. Если не очень приветливо, тогда он снова уходит в тень и наблюдает. Невозможно точно определить, в какой момент активно предъявлять свое мнение, а когда — молчать и слушать. На это влияет множество факторов.

Мы понимаем, что важна и возможность самовыражения, и то, как нас принимают в группе. Стремление к удовольствиям, разумный эгоизм и даже в некоторой степени гедонизм — это неплохой план для жизни. Но разумный эгоизм подразумевает в том числе и заботу о благополучии социума. Если вас будут волновать только личные интересы, для достижения которых вы пойдете по головам, то рано или поздно найдется тот, кто пройдется по вашей. Ориентируясь на личные интересы, нужно учитывать и интересы других.

Примерно так же обстоит дело с нашим желанием получить удовлетворение как можно скорее, в ущерб будущему. «Живи сегодня. Завтра ты можешь умереть», — идеальная философия для тех, кто собрался умереть завтра. Однако большинство из нас доживет до почтенного возраста (лет до восьмидесяти, а то и больше). Если жить только сегодняшним днем, то «завтрашние дни», скорее всего, не заладятся. А если все оставить «на будущее», то наше настоящее превратится в сплошное тревожное, тоскливое ожидание. И любые перспективы будут загублены на корню.

Разум — это очень противоречивая штука. Не нужно полностью подчиняться только ему. Нет четких критериев, с помощью которых можно выработать стандарты поведения для каждой ситуации. Часто бывает вообще трудно определить, что разумно, а что — нет. Более того, в экстремальных ситуациях разум может даже помешать. Рациональность иногда бывает лишней, и вот почему.

  1. Эмоции бывают нужны для самосохранения. В некоторых случаях отказываться от сильных реакций нельзя. Например, вы можете захотеть ударить или даже убить кого-то, кто нападает на вас.
  2. Предпочтения, увлечения и вкусы человека, несмотря на всю свою «иррациональность» и «бесполезность», приносят в нашу жизнь удовольствие и делают ее интересней. С точки зрения здравого смысла вы поступаете «неразумно», когда коллекционируете марки, готовите сюрприз для друга или слушаете музыку по десять часов в день. Но от таких «иррациональных», «эмоциональных» занятий можно получать большое удовольствие. Если бы существовал «чистый интеллект», то он был бы, конечно, очень полезным, но абсолютно безрадостным. Эмоциональное возбуждение воодушевляет нас, заставляет двигаться вперед, добавляет в жизнь ярких красок.
  3. Если рациональность довести до крайности, она будет только мешать. Предположим, вы завязываете шнурок или жуете хлеб. Задумавшись, правильно ли вы шевелите пальцами и в какую сторону лучше повернуть язык, помочь вы себе не сможете, а только запутаетесь и заведетесь. «Разумны» вы при этом будете, а вот довольны вряд ли. При обсессивно-компульсивных расстройствах компульсии тоже могут выглядеть довольно рационально. Настоящая рациональность помогает человеку стать счастливее, а не делает его рабом всего, что исходит от «разума».
  4. Жизнь, полностью подчиненная разуму, будет похожа на механическое существование — бесчувственное, холодное, без креатива, вдохновения, без музыки, живописи и литературы.

Так что не будем доводить рациональность до абсурда. Но мы не поддерживаем иррациональность, когда она выражается в отказе от возможности что-то узнать. Многие проблемы сохраняются именно из-за страха неизвестности. Иногда нам вроде бы и хочется что-то поменять, но мы не знаем, как будем себя чувствовать после этих изменений.

И мы оставляем все как есть, потому что легче находиться в знакомых (пусть и некомфортных) обстоятельствах. Изменения — это неизвестность, которая страшит. И мы находим массу отговорок и причин, отказываясь от попыток справиться с проблемой. Тратим кучу времени и сил на выдумывание аргументов против рационального подхода.

Один из моих (Р. А. Х.) клиентов, Рональд, упорно противостоял рациональному подходу, который я предлагал использовать, чтобы решить проблемы с тревогой и компульсивным перееданием. Причем клиент сам признавал, что сопротивляется.

«Вы что, боитесь, что, изменив свою жизнь, уподобитесь роботу?» — спросил я.

«Ну да, в каком-то смысле», — ответил он.

«Хорошо. Давайте рассмотрим этот страх таким же образом, как мы рассматриваем ваши тревоги. Можете привести какие-то факты в поддержку этого страха? Например, есть ли у вас знакомые, которые из-за избытка рациональности уподобились роботам и перестали наслаждаться жизнью?»

«Ну, не знаю. Вряд ли я так вот сразу кого-то вспомню. Но вот вы иногда таким кажетесь: ужасно деловым. Вас редко что может расстроить. Даже когда я взрываюсь, кричу и ругаюсь, такое впечатление, что вас это нисколько не трогает. Мне это кажется странным».

«И это говорит о том, что я бездушен и не способен наслаждаться жизнью?»

«Нет вообще-то. Но я боюсь, что не смогу получать удовольствие, если буду таким же спокойным и объективным, как вы».

«А, так это другое! Значит, вам плохо из-за вашей повышенной тревоги и компульсии. А я, как вы только что описывали, практически никогда не расстраиваюсь. Если ваше описание верно, то очевидно, что мне не плохо. Но при этом вы боитесь, что если вы станете таким же выдержанным, как я, то вам все равно будет плохо. Или как минимум вы потеряете способность наслаждаться. Верно?»

«Что-то вроде того».

«Спрошу еще раз: чем вы можете подтвердить свои рассуждения? Может быть, вы пробовали в течение нескольких дней вести себя так же спокойно, как я? И теперь, попробовав это на практике, убедились, что вам стало хуже?»

«Нет. Я не пробовал».

«Так почему бы не попробовать, в порядке эксперимента? В конце концов, вы всегда можете вернуться в исходное состояние. Ну если честная попытка не даст хороших результатов. Если вы вдруг заметите, что, постаравшись стать более рациональным, начали превращаться в зомби-машину, можно будет сразу переключиться на привычный иррациональный режим. Вы не обязаны оставаться рациональным и бесчувственным, если эксперимент действительно приведет к такому результату. А пока, как я вижу, вы просто ищете причины, чтобы оправдать свой страх перед изменениями».

«Вы хотите сказать, мне так страшно что-то менять, что я просто ищу отговорки?»

«Совершенно верно. Но таким образом вы лишаете себя шанса узнать, что будет, если попробовать что-то изменить».

И Рональд попробовал. Он начал работать со своими иррациональными убеждениями, которые были причиной его тревоги и приводили к перееданию. Несколько недель спустя, значительно продвинувшись, он с энтузиазмом сообщил:

«Я теперь не только не ем, если не голоден (как раньше), но даже придерживаюсь диеты — впервые за много лет. Я уже похудел почти на четыре килограмма. И я уверен, что продолжу в том же духе. Теперь я вижу: еда была для меня способом отвлечься от глупой идеи, что я не могу справиться со сложностями жизни. Но я хочу рассказать о другом. Я постепенно перестал переедать, стала уходить боязнь самостоятельности, и вместе с этим начал развеиваться и страх, о котором я говорил несколько недель назад. Я не только не превратился в робота, а стал испытывать более яркие эмоции — в хорошем смысле. У меня прибавилось энтузиазма и любви к жизни. Представьте, по дороге на работу я пою. Как раз сегодня утром это заметил. Пою! Впервые за много лет. Я остановился на секунду и подумал: “Ого! Этот парень, Харпер, знает, о чем говорит. Если песня — это часть рациональной жизни, то назовите ее хоть сто раз механической, я хочу еще! Я готов стать механическим соловьем, чтобы выводить такие трели по утрам. Механическая — не механическая, какая разница, если мне нравится!”»

Рациональный подход — не значит разум в ущерб всему остальному. В РЭПТ под рациональностью мы подразумеваем понимание логики рассуждений, здравый смысл, обнаружение «логических ошибок», результативность и целесообразность используемых методов, обоснованность затрат (в том числе времени и усилий), отсутствие побочных эффектов, помощь в реализации личных и социальных интересов.

Разумность включает в себя здоровые эмоции и чувства, здоровые привычки и жизнь в полную силу. Когда вы используете свою голову для достижения счастья и наполненности каждого дня — вы рациональны.

Хотя в нашей теории многое отталкивается от рационализма, мы не являемся его ярыми сторонниками. Мы не верим, что разум или интеллект (в противовес чувствам) есть истинный источник познания. Для нас познание включает в себя и разум, и образ мысли, и чувства, и поведение, и восприятие.

Некоторые приверженцы рациональности, такие как Айн Рэнд и Натаниэль Бранден, относятся к разуму как некому абсолюту, безоговорочно считая, что именно он формирует «хорошее» и «здоровое» поведение. Мы не согласны с этим. И я (А. Э.) написал целую книгу о подводных камнях объективизма (философской системы Айн Рэнд).

Если не воспринимать рациональное мышление как «абсолютное добро» или самоцель, но рассматривать его как средство для улучшения жизни, мы не попадем в ловушку чрезмерной рациональности. Утрированная или догматичная рациональность противоречит сама себе. Когда разум доводит человека до саморазрушения, это совсем нерационально.

Некоторых последователей РЭПТ обвиняют в том, что они слишком навязывают рациональность и подталкивают клиентов к безэмоциональному поведению. Такие обвинения могут иметь под собой основания в тех случаях, когда терапевты неправильно применяют РЭПТ на практике. Макси Молтсби говорил, что рациональное мышление — это такое мышление, которое с наибольшей вероятностью сохраняет вашу жизнь и здоровье, приводит к минимуму внутренних проблем и кризисов и предотвращает конфликты с другими людьми.

Если придерживаться такого рационального мышления, то ваши реакции не будут чисто механическими или сугубо интеллектуальными. Разные люди трактуют рациональность по-разному. Для нас рациональность — это здравый смысл, эффективность, сохранение/восстановление личностной целостности. И мы считаем, что эмоции, чувства, креативность тоже в известной степени рациональны. Если только они не выражаются в таких формах, которые мешают нормальной жизни.

Разумна ли рационализация? Ни в коем случае. Рационализация означает изобретение как бы разумных или приемлемых объяснений для ваших действий, убеждений или желаний. Обычно вы даже не осознаете, что эти объяснения довольно сомнительны. Рационализируя, мы ищем оправдания для своего поведения. Таким образом, рационализация противоположна рациональному мышлению.

Интеллектуализировать происходящее — значит слишком полагаться на разум в ущерб чувствам, «компьютеризировать» свою жизнь. Зачастую интеллектуализация выливается в такое напряженное обдумывание проблем, что человек начинает избегать любых размышлений о них. В таких обстоятельствах становится проще игнорировать свои проблемы, чем пытаться их решить.

РЭПТ подразумевает разумный и осмысленный подход к жизни. Здравый смысл помогает выбраться из эмоциональных проблем, а рационализация и интеллектуализация только глубже закапывают нас в данные проблемы. Так что эти два понятия точно не связаны с нашим подходом. Если кому-то кажется, что связаны, знайте: вы ошибаетесь!

Поговорим еще немного о возможностях разума. Большинство из нас способно гораздо лучше думать о своих проблемах и находить пути их решения, чем мы это делаем обычно. Чтобы помочь вам с этим, мы и написали книгу по самопомощи в рамках РЭПТ. Но важно помнить, что процессу мышления могут мешать некоторые нарушения, например дефицит внимания или обсессивно-компульсивное расстройство. Если у вас возникают трудности с рациональным мышлением и поведением, пожалуйста, найдите время и обследуйтесь на эти расстройства. Вам может потребоваться специальное лечение: тренинги, психотерапия и медикаменты. Одной самопомощью здесь обойтись не получится.

Источник: «Разум или чувства»

Обложка: Пабло Пикассо, «Портрет поэта Сабартеса», 1901 г.


«Моноклер» – это независимый проект. У нас нет инвесторов, рекламы, пейволов – только идеи и знания, которыми мы хотим делиться с вами. Но без вашей поддержки нам не справиться. Сделав пожертвование, вы поможете нам остаться свободными, бесплатными и открытыми для всех:


Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Обозреватель:

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: