Право на вероисповедание vs. семейные традиции: плюсы и минусы наследственной религии

Мы живем в большой и огромной стране под названием … Нет, не об этом. Мы живем в светском государстве, в котором государственные институты отделены от церкви, а право на свободу мысли и вероисповедания гарантированы Конституцией — главным и священным законом страны, где ни одна религия не может быть признана доминирующей. Но тем не менее родители выбирают религию своему ребенку и воспитывают своих детей сообразно своим религиозным убеждениям. Является ли это реализацией их права на выбор самостоятельного способа воспитания либо же нарушением свободы вероисповедания ребенка? Сегодня мы порассуждаем на эту щекотливую тему.

Поскольку разговор пойдет о правах, то вкратце оговорим правовой контекст проблемы.

Право на свободу вероисповедания, которое означает право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, закреплено как в международных правовых актах, так и внутригосударственных. В России это право гарантирует ст. 28 Конституции. Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» более подробно развивает это правомочие и в статье 5 закрепляет обязанность родителей осуществлять воспитание и обучения детей с учетом их права на свободу вероисповедания. Эти нормы корреспондируют с Международной конвенцией о правах ребенка. При этом родители свободны выбирать методы воспитания ребенка, в том числе и основанные на религиозных традициях. Это право закреплено в «Декларации о ликвидации всех форм религиозной нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений» и отражено в Семейном кодексе РФ. Таким образом, родителям принадлежит вполне обоснованное право осуществлять воспитание ребенка в рамках той или иной религии либо вне этих рамок.

Дело принимает совершенно другой оборот, если духовно-нравственным воспитанием все не ограничивается. Ведь, как правило, религия предусматривает различные обряды и таинства. Именно в этих случаях вопросы религиозного воспитания становятся достоянием общественности. Обычно это связано с тем, что дети погибают или получают увечья в процессе таких обрядов, а родители присаживаются на скамью подсудимых. Конечно, здесь идет речь прежде всего не о традиционных религиозных конфессиях, а «сектах». Это «исключительные» случаи, но возражения вызывают и вполне традиционные методы религиозного воспитания.

Обширные дискуссии провоцируют вопросы школьного религиозного образования. Совсем недавно этот вопрос широко обсуждался и в нашей стране в контексте введения в 2012 году обязательного школьного предмета «Основы религиозных культур и светской этики». Нововведение даже стало предметом рассмотрения в Верховном суде РФ как нарушающее право родителей на выбор методов воспитания, но было оставлено судом в силе [1]. Аналогичный иск, рассмотренный в 2007 году Европейским судом по правам человека против Норвегии (которая, напомним, является одной из наиболее демократичных стран по версии Freedom House и также первоначально отказала в иске заявителю) был удовлетворен [2].

Вопросы религиозного образования были и остаются актуальными в России и Европе. После решения об увеличении в Великобритании количества религиозных школ профессор Оксфордского университета Ричард Докинз, автор нескольких работ по атеизму, обратился к Правительству в газете The Guardian с открытым письмом, в котором пытался высказать некоторые свои соображения. Он настаивает, что наследственность, традиции и преемственность в палате парламента и в религии — совсем не одно и то же. Образование в религиозных школах, как правило, более качественное, а оценки за экзамены — более высокие. Воспитание детей в одной религии лишает детей главного — принятия и толерантности по отношению к другим религиям. Называть ребенка ребенком католиков или ребенком мусульман – корректно, но называть самого ребенка католиком или мусульманином неприемлемо. По крайней мере до тех пор, пока они сознательно не смогут определить свой религиозный выбор.

Так видит проблему закоренелый атеист. Но автоматическая передача религии может обернуться другой стороной – формальным отношением к религиозным нормам, восприятием их как очередных школьных правил.

Психологические проблемы, вызванные подобными пробелами в понимании постулатов конкретной религии, ведут к конфликтам — как внешним, так и внутренним. Человек «формально» принадлежит к какой-либо конфессии, ассоциирует себя с членом религиозной группы, является ее представителем в глазах других людей. Но при этом не разделяет, не соблюдает, а может быть и не знает основ своей религии.

Вот результаты некоторых исследований. По данным опроса, проведенного Британской Гуманистической Ассоциацией в Англии и Уэльсе в 2011 году, 61 % респондентов ответили, что являются последователями какой-либо религии (среди них христианство — 53,48 %). При этом менее половины опрошенных (48%) из тех, кто является христианином, верят, что Иисус Христос был реальной исторической личностью, умер, затем воскрес и является сыном Бога.

Представляется, что такой последователь, который не понимает, не разделяет и не уважает традиции и каноны конкретной религиозной группы, но при этом «формально» ей принадлежит — явление даже опасное.

Как минимум это создает негативный имидж всей религиозной группе. И получается обратный эффект — количество обращенных теряет качество. И начинаются истории с ловлей покемонов или музицированием в священных местах…

Конечно, эта проблема осознается многими представителями церкви. В том числе — русской православной. Так, например, священник Олег Булычев на портале Православие.ру, рассуждая о современном таинстве крещения, признает:

«…примеры из церковной истории показывают, что наше время во многом неправо в своем отношении к Таинству крещения».

Священник утверждает, что:

на заре Христианства «имела место традиция принимать крещение в зрелом возрасте(…), чтобы креститься в самом своем лучшем духовно-нравственном состоянии».

Перед крещением претенденты долго вели жизнь благочестивых христиан (хоть и некрещеных) — соблюдали пост, учили Священное писание, проходили обучение до 40 лет. А после этого могли и вовсе не быть крещеными, если не проходили экзамен. В доказательство он приводит следующую историю.

«В XII веке в Патриарший Синод в Константинополе пришли несколько турок, заявивших, что они – христиане. «Как же случилось, что вас, турок, магометан, окрестили?» — спросили их. Они отвечали, что у них, у турок, «существует обычай крестить своих детей у православных священников», потому что, по их мнению, «во всяком новорожденном ребенке находится злой дух и смердит, как собака», пока ребенок не получит христианского крещения.

 

Синод не признал такого крещения, потому что они искали его не как средства, которое очищает от всякой душевной скверны, просвещает и освящает человека, не с добрым православным намерением, но как некое «телесное лекарство и чародейство» (Епископ Никодим Милаш). К тому же те турки продолжали воспитывать своих детей в магометанской вере, Иисус Христос как таковой их тоже не интересовал. Какое сходство между XII и XXI веками в отношении Истины»[3].

Тем не менее, сегодня, конечно, участие в обряде стало гораздо доступнее. В каких-то приходах перед обрядом крестным родителям необходимо пройти курс лекций и сдать по его итогам экзамен, в каких-то приходам ограничиваются лишь получасовой «вводной лекцией», а где-то и вовсе достаточно внести добровольное пожертвование, чтобы приобщиться к таинству.

Родители считают необходимым крестить ребенка, даже если сами последний раз были в церкви на собственном крещении, из разных соображений — «на всякий случай», из суеверий вроде «для защиты от порчи и сглаза», «у нас в семье все крещеные, так принято», но не всегда — по своим убеждениям.

Конечно, передача религии «по наследству» — вопрос прежде всего семейный, нежели формально-юридический, и ответ на него так и останется выбором родителей. Но очень хочется, чтобы, осуществляя этот выбор, они не ставили «крест» на всем пространстве вариантов жизненного пути их ребенка.

На обложке: Андреа Мантенья «Поклонение волхвов» (1495-1505), фрагмент картины.

Источники:

[1] Решение Верховного Суда РФ от 18.10.2013 N АКПИ13-810 «Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими приказа Минобрнауки РФ от 31.01.2012 N 69, приказа Минобрнауки РФ от 01.02.2012 N 74».

[2] Решение Большой Палаты Европейского суда по правам человека от 29.06.2007 по делу Фольгере и другие против Норвегии (Folgerø and Others v. Norway, жалоба № 15472/02).

[3] Булычев О. О крещении без веры// Портал для православных христиан Православие.ру, публикация от 03.07.2014 г.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Обозреватель:

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: