Творчество Курта Воннегута: взгляд из XXI века

С творчеством Курта Воннегута, американского сатирического писателя XX века, критиковавшего капитализм и иже с ним, хорошо знакомы наши родители. Советская пропаганда способствовала этому, близоруко не разглядев, что Курт выступает против всего человечества. Но на его стороне. Вспоминаем произведения писателя-парадоксалиста, основанные на традиции Рабле, Свифта и Марка Твена, и разбираемся, зачем сегодня читать его книги.

Писатель родился в 1922, а умер в 2007. Парень из зажиточной семьи американцев немецкого происхождения, он ушел из Корнеллского университета добровольцем на фронт, когда Америка вступила во Вторую мировую войну. Пережил бомбардировку Дрездена. После войны работал репортером, специалистом по связям с общественностью в General Electric General Electric (сокр. GE) — американская многоотраслевая корпорация, производитель многих видов техники, включая широкий спектр продукции военного назначения, от стрелкового оружия и бронетехники до военно-космических систем и ядерных боеголовок., продавал автомобили, преподавал английский. И писал сатирические романы, переполненные черным юмором и немного оголтелой научной фантастикой (освоение Марса; время, которое повторяет события; оружие, превращающее воду в лед). Еще после провала защиты диссертации в 1947 году в 1971 году получил-таки ученую степень магистра антропологии в Чикагском университете за книгу «Колыбель для кошки».

Всего он написал порядка 15 романов и 5 сборников рассказов. И в каждой своей книге Воннегут исследовал парадоксальность мира, противоречивость человека и пути развития всего человечества.

Одно из самых известных и значительных произведений — уже названный роман «Колыбель для кошки» (1963 г.). Здесь Воннегут исследует, как далеко могут зайти ученые в своей жажде открытий. Каково это — быть членом семьи великого человека, скажем, изобретателя атомной бомбы? Может ли погибнуть Земля вследствие нападения инопланетян или ее прикончит вещество «Лед-9», которое кристаллизует в конце концов всю воду на планете? Фантастика и реальность, злободневность и хлесткость — в этом романе собраны все узнаваемые черты Воннегута.

«Бойня номер пять, или Крестовый поход детей» (1969 г.) — частично автобиографический роман, один из основных моментов которого – бомбардировка Дрездена во время Второй мировой войны, которую пережил Воннегут, будучи военнопленным. Союзнические войска уничтожили город, который не был важной стратегической целью, основными пострадавшими от бомбардировки стали мирные жители.

Воннегут, чудом спасшийся, вынужденный с другими пленными вытаскивать из руин трупы, выступает в этой книге не только против нацизма, но и против войны в целом, потому что первый, кто страдает от её ужасов — обычные люди.

В романе «Завтрак для чемпионов» (1973) мы встречаем альтер эго Воннегута — писателя- фантаста Килгора Траута, чья книга свела с ума бизнесмена Двейна Гувера. Персонажи-антиподы существуют в технократическом обществе, они одиноки, но, лишенные связи с другими людьми, они обретают ее друг с другом. Это роман о бессмысленности и о смысле всего сущего — своеобразный манифест реальности по-воннегутовски. Писатель уделяет главным героям ненамного больше внимания, чем всем остальным персонажам, и пишет так, словно это стенография общения людей, на знающих, что их прослушивают. Это и есть обычная жизнь, без деления на главы, художественных приемов и выводов после главы.

То, о чем, и то, как — у Воннегута нераздельны для анализа и для понимания читателем. Потому что форма и содержание у писателя взаимообусловлены. Как передать парадоксальность мира, его, порой, пугающую бессмысленность? Немного бестолковыми персонажами, ждущими пришельцев как манны небесной, бессмысленными диалогами.


Читайте также: Как писать рассказы? Лайфхак от Курта Воннегута


Едкий и нетерпимый к основным проблемам человечества, включая само человечество, Курт основывался на традиции Рабле, Свифта и Марка Твена. Воннегут пишет, как ребенок — в «телеграфно-шизофренической манере», не злоупотребляя длинными предложениями и не пользуясь точкой с запятой. Избегая иронии — ему не нравится, когда люди говорят одно, а имеют в виду другое. «Поэтому меня читают школьники», — поясняет он.

Читаем в романе «Колыбель для кошки»:

«Оказалось, что Ньют очень хорошо знает, что такое идиоты-дауны. Когда-то он учился в специальной школе для неполноценных детей, и среди его одноклассников было несколько даунов. — Одна девочка-даун, звали ее Мирна, писала лучше всех — я хочу сказать, почерк у нее был самый лучший, а вовсе не то, что она писала. Господи, сколько лет я о ней и не вспоминал!»

И тут мы: так зачем сам автор об этом вспомнил!?

Или в «Завтраке для чемпионов»: под собственным рисунком пистолета Воннегут пишет:

«Револьвером назывался инструмент, единственным назначением которого было делать дырки в человеческих существах. Вид у него был такой».

И мы можем подумать: «Боже, он серьезно вообще? Зачем на это тратить силы и время?»

За такой констатацией очевидного, от которой иногда натурально хочется выть, проглядывает стремление  автора вывести читателя на определённую, нужную ему, эмоцию. И рядом с многословным и картонным фрагментом обязательно будет максимально концентрированный афористичный. Такой, как этот из «Бойни»:

«Он был внизу, в холодном подвале, в ту ночь, когда разбомбили Дрезден. Наверху слышались звуки, похожие на топот великанов. Это взрывались многотонные бомбы. Великаны топали и топали. Подвал был надежным убежищем. Только изредка с потолка осыпалась известка. Внизу не было никого, кроме американцев, четырех человек из охраны и нескольких туш. Остальные четыре охранника еще до налета разошлись по домам, в семейный уют. Сейчас их убивали вместе с их семьями».

Используя гротеск, бурлеск, фантастику и эксцентрику, женщиной, каждое утро творящей новую внешность при помощи помады и румян, Воннегут создает свой мир. Здесь люди одиноки, ученые, что бы ни делали, все равно создают оружие, а все, что мы думаем, нам кто-то подсунул. Постойте, разве это не наш мир тоже?

Воннегут не ограничивается критикой, ведь это бы значило, что он занимает позицию «над объектом». Нет, он с нами: переживает, сопереживает, прячет за злорадностью ранимость и чуткость человека, прошедшего через многое, многое потерявшего.

Но испытывать жалость к автору и его героям не стоит — они тут же посмеются над вами, над собой и над ситуацией. Это эдакий прием Воннегута: он может долго обосновывать выдвинутый тезис, и в момент, когда вы восклицаете «Верю», молниеносно выдвигает антитезис! А что вы хотели? Жизнь — зыбкая штука, ни на кого нельзя положиться. Именно вот это — отношение человека и внешней среды, реальности — ключ к прочтению Воннегута.

P.S. Вы можете не согласиться с автором. Но помните, что

«Мы появились на Земле, чтобы валять дурака. Никому не позволяйте убедить себя в обратном» Цитата из автобиографии Курта Воннегута «Человек без родины»..

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Обозреватель:

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: