«Точка Омеги»: синтез науки и религии в концепции Пьера Тейяра де Шардена

Become a Patron!

Пьер Тейяр де Шарден — теолог, богослов и ученый, разработавший уникальный синтез науки и религии, основанный на идее о том, что Вселенная и все в ней постоянно движутся к точке совершенства. Сьюзен Ракоци рассказывает об этом необыкновенном католическом философе, который был убежден, что творение – это процесс, а не событие, эволюция и изменения – сердце реальности, а любовь – это энергия движения Вселенной к той самой точке совершенства — «точке Омеги».

Каждое проявление любви, каким бы малым или незаметным оно ни было, приближает всю реальность к единству и связи.

Пьер Тейяр де Шарден был человеком многих талантов: священник-иезуит, мистик, богослов и ученый, а также изгнанник и провидец далекого будущего, который сделал весомый вклад в установление взаимосвязи между верой и разумом. Он принял сознательное решение развивать теологию с помощью языка науки, связывающего космическое, человеческое и духовное.

Тейяр родился во Франции 1 мая 1881 года. С детства его привлекало нечто реальное и с виду неразрушимое – камни; позже он занялся палеонтологией и геологией. После средней школы он вступил в Общество Иисуса, а в 1911 году после новициата и стандартных философских и богословских учений Тейяр был рукоположен в священники.

Однако Первая мировая война прервала его студии: его отправили санитаром-носильщиком в ряды французской армии. Между боями он проводил время, размышляя о науке и теологии — и о страдании. После войны он уехал в Китай для проведения исследований, где в 1920-х годах участвовал в открытии окаменелых костей «пекинского человека».

Тейяр находил взаимосвязь между глубокой духовностью иезуита – основанной на «Духовных упражнениях» святого Игнатия Лойолы – и научной работой и размышлениями. Как ученый он исследовал древние истоки человечества и наше место в постоянно разворачивающемся эволюционном движении. Как философ и богослов он разработал уникальный синтез науки и религии, основанный на эволюционном понимании того, что он называл «космическим Христом» – идеи о том, что Вселенная и все в ней постоянно движутся к точке совершенства, которую определяют единство и любовь.

В 1916 году Тейяр впервые употребил этот термин в своем дневнике, и с тех пор он неоднократно появляется в его трудах, включая эссе, завершенное за несколько недель до смерти в 1955 году. Он отмечал, что творение – это процесс, а не событие. Эволюция и изменения – сердце реальности. Не существует ничего статичного. Любовь объединяет всю реальность во Христе, а также соединяет творение в постоянно углубляющийся союз. По мнению Тейяра, каждая частица Вселенной, от мельчайших квантовых нейтронов – это часть космического Христа, и благодаря любви все сущее погружается в эту связь.

Любовь – это энергия того, что он называет божественной средой, жизненным контекстом отношений каждого человека с Богом, другим человеком и всей сотворенной реальностью. Всякое проявление любви, каким бы небольшим и незаметным оно ни было, приближает всю реальность к полному союзу; любое проявление нелюбви отдаляет ее от него. Поэтому образ и форма человеческих поступков имеют жизненную важность.

Тейяр глубоко усвоил игнатовское видение «нахождения Бога во всем» и расширил его до самых дальних просторов космоса. Он учил, что Бог находится не только во внешних пределах расширяющейся Вселенной, но присутствует здесь и сейчас. В своей книге «Божественная среда» он писал:

«Иными словами, благодаря Творению и еще больше Воплощению, здесь внизу нет ничего профанного для тех, кто умеет видеть».

Последнее размышление в «Духовных упражнениях» посвящено Созерцанию – четырехкратному рассмотрению божественного присутствия в творении и в человеческой личности. Благодать, которой стремятся достичь через это упражнение, оказывается не только личным знанием великих даров Бога, но и желанием познать и пережить, насколько глубоко космический Христос пронизывает благодаря любви все творение – прошлое, настоящее и будущее.

Бог для Тейяра не был сторонним наблюдателем – богом-часовщиком, далеким и чужим, – а Богом-Творцом становления во всем космосе, Вселенной, которая растет и развивается миллиарды лет со времен «Вспышки» – начала творения. Он считал присутствие Христа в форме любви энергией, движущей творение вперед, процессом, который еще не завершился, поскольку процесс эволюции и расширение Вселенной продолжаются.

Благодаря этим идеям он объединил материю, которая так восхищала его как начинающего геолога еще в детстве, с Воплощением, процессом становления Бога человеком в форме Иисуса из Назарета. Так материя была преображена и освящена во Христе. Такое слияние побороло дуализм, охвативший христианство после его первой встречи с греческой философией – убеждение, что дух добрый, а материя – нет.

На столе Тейяра лежало изображение Святейшего Сердца Иисуса и символ собственной веры «Моя литания». Это ясный и мощный итог его богословского видения:

«Бог эволюции

Христосов, преображенный Христос

Святое Сердце… двигатель эволюции

сердце эволюции

сердце материи

Сердце Бога… стремление мира.

Движущая сила христианства… суть всей энергии.

Сердце сердца мира

Фокус конечной и универсальной энергии

Центр космической сферы космогенеза

Сердце Иисуса, сердце эволюции, соедини меня

с тобой».

В этом изложении веры Тейяр объединяет эволюцию, материю и Христа и молится, чтобы это единство стало реальным в нем. Похожим образом он изобразил реальность, которая развивается сквозь много слоев физической, биологической и психологической сложности.

Первый слой – космогенез, описывающий длительное расширение Вселенной. Затем идет биогенез, постоянный рост жизни, ведущий к третьему слою под названием ноосфера – постепенная индивидуальная и коллективная эволюция человеческого разума. Несмотря на то, что Тейяр умер за поколение до компьютерной эпохи, он был бы в восторге от Интернета и возможностей, которые он нам открыл, укрепив наше общение и психическую взаимосвязь.

Космогенез – это процесс объединения всего творения в Боге. Он описывает видение святого Павла, когда тот говорит о Христе, «в котором все держится вместе» (Кол. 1:17), и человеческое стремление к единству, которое выражают слова «Бог будет всем во всём» (1 Кор.15: 28). Это то, что Тейяр называет «точкой Омеги» – символом единства и завершенности.

Тейяр не был религиозным затворником. Он был известен как общительный человек с хорошим чувством юмора и широким кругом друзей, среди которых были и женщины. Известного палеонтолога также почитали как священника, а друг однажды заметил:

«Кто не видел, как Тейяр читает Литургию, тот ничего не видел».

Но в своих размышлениях о связи и интеграции он на несколько поколений опередил католическую богословскую мысль, которая в его времена была враждебной по отношению к концепции эволюции, лежащей в основе его идей. Церковные власти запрещали публиковать его философские и богословские труды, но не его научные работы.

Французские сановники-иезуиты защищали его от папского осуждения, но когда он вернулся во Францию после Второй мировой войны, его отправили в Нью-Йорк, где он нашел второй дом среди ученых-единомышленников. Его любимым праздником была Пасха, и друзья вспоминали, как он говорил, что если умрет на Пасху, это станет оправданием его работы – так и произошло: после полудня в пасхальное воскресенье, 10 апреля 1955 года, во время чаепития с друзьями в их квартире на Манхэттене, он упал и умер.

Эпохальные перемены, которые утвердил Второй Ватиканский собор (1962-1965), способствовали популяризации мысли Тейяра, поскольку его произведения стали легкодоступными. Чтение Тейяра сегодня, когда ученые подтверждают, что Вселенная постоянно эволюционирует и расширяется, дает нам новое понимание того, насколько он опередил свое время.

Без сомнения, он бы чувствовал себя как дома в нашем мире 2020 года. Он продолжил бы свою научную работу и считал Интернет замечательным технологическим инструментом для своих исследований. Электронная почта, Фейсбук, Твиттер и Инстаграм соединили бы его с коллегами по всему миру. Он много писал, поэтому современные исследователи его мысли должны многое прочитать и осмыслить.

Обычно пророков прославляют только после их смерти, и сегодня мы можем назвать Тейяра де Шардена пророком космической надежды. Его послание говорит, что любовь это сердце всей реальности и ее невозможно уничтожить. Пророк уверяет человечество, что мир все еще можно создать по образу любви.

Об авторе

Сьюзен Ракоци, профессор духовности Теологического института святого Иосифа и Школы религии, философии и античности Университета Квазулу-Натал в Южной Африке. К ее текущим писательским проектам относятся исследование духовности Томаса Мертона и книга о феминистских интерпретациях проницательности.

Статья впервые была опубликована на английском языке под заголовком «Pierre Teilhard de Chardin: prophet of cosmic hope» на сайте openDemocracy 18 февраля 2020 г.

Перевели Наталия Канашко и Павел Шопин.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Обозреватель:

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: