«Печальные тропики»: Клод Леви-Стросс как важнейший мыслитель пандемий

В текущих дискуссиях о Covid-19 отсутствуют ссылки на основателя структурной антропологии, Клода Леви-Стросса. Однако его мысль была занята основополагающим вопросом: как уловить предупреждающие сигналы о надвигающейся катастрофе? Фредерик Кек, директор по исследованиям Национального центра научных исследований и директор Лаборатории социальной антропологии в Париже, рассуждает о том, как антропология может помочь в деле предупреждения пандемий, почему Леви-Стросс видел связь между гибелью индейских племен от микробов и уничтожением евреев нацистами и какие невыученные уроки нам оставил великий французский антрополог-мыслитель.

Президент Франции Э. Макрон, в интервью Financial Times от 16 апреля охарактеризовал пандемию Covid-19 как «очень глубокий антропологический шок: половина планеты была закрыта для спасения жизней». С самого начала этого кризиса в СМИ антропологам задавали вопросы о том, как пандемия раскрывает наше отношение к болезням, смерти, общественному пространству, животным, глобализации … Но имя Клода Леви-Стросса никогда не произносилось, хотя он, бесспорно, является величайшим французским антропологом XX века. В течение всей своей жизни Леви-Стросс, заставший целое столетие (1908-2009), думал обо всех напряжениях, противоречиях и катастрофах. По его мнению, чтобы подготовить мир к состоянию «пост», сначала нужно бы научиться постигать знаки мира предшествующего, которые основатель структурной антропологии предложил разметить на карте.

Клод Леви-Стросс родился в 1908 году в среде свободомыслящей еврейской буржуазии, все еще травмированной делом Дрейфуса и вскоре обедневшей из-за мировой войны. В 1918 году, когда «испанский» грипп убил 250 тысяч человек во Франции, в том числе нескольких художников, таких как Гийом Аполлинер и Эдмон Ростан, он увлекся литературой и оперой. Он принадлежал к тому поколению, которое поддерживало и пацифизм, и социализм, но не видело подъема фашизма в Италии и нацизма в Германии. Не замечая признаков милитаризации Бразилии, он проводит там исследования индейских обществ в Мату-Гросу в период с 1935 по 1939 года. Мобилизованный по возвращении во Францию, он пытается после «странной войны»«Drôle de guerre» («Странная война») – период Второй мировой войны с 3 сентября 1939 по 10 мая 1940 года на Западном фронте, когда практически отсутствовали полномасштабные боевые действия между вооруженными силами союзников и Германии. Закончилась поражением англо-французских войск и немецкой оккупацией значительной территории Франции. восстановиться на посту профессора философии. Эту слепоту изучающего философию освещает одержимость исследователя антропологии: как заранее уловить предупреждающие знаки надвигающейся катастрофы?

В 1941 году, спасаясь от преследования евреев правительством Виши, Леви-Стросс переехал в Нью-Йорк, где он встретил Франца Боаса, основателя культурной антропологии, и Романа Якобсона, основателя структурной лингвистики. Эта двойная встреча с эмигрантами из Центральной Европы подтолкнула Леви-Стросса к формулированию основополагающего положения структурной антропологии: человеческие общества состоят из соотносительных структурных элементов, таких как единицы родства, естественные классификации или элементы мифа, которые сами по себе не имеют значения. В то время как Институт Рокфеллера в Нью-Йорке разрабатывал обширную программу классификации вирусов гриппа на основе антител, чтобы подготовить вооруженные силы США к следующей пандемии гриппа, Леви-Стросс, вдохновленный амазонским вождем, пишет «Элементарные структуры родства» для подготовки свободной Франции к восстановлению поствоенного мира с новыми формами взаимного обмена. Тексты этого периода, которые намечают проект политической антропологии на руинах Третьей республики, были отредактированы Винсентом Дебаэном под названием «Структурная антропология 0» (Anthropologie structurale zéro, Claude Lévi-Strauss, Seuil, 2019).


Читайте также «Первобытное мышление»: Люсьен Леви-Брюль о пралогических представлениях древних


Когда Леви-Стросс вернулся в Париж в 1947 году, эта программа восстановления французского общества с помощью антропологии провалилась. Наступило время для освобождения после ограничений: «Тошнота» Сартра и «Чума» Камю интересуют читателей куда больше, чем догадки антрополога об австралийских системах родства. Леви-Стросс, думая, что его карьера закончена, пишет «Печальные тропики» «в состоянии ярости». Книга имела литературный успех, а жюри Гонкуровской премии сожалело, что не смогло наградить автора. В 1958 году с публикацией «Структурной антропологии» и его избранием в Коллеж де Франс литературный успех превратился в институциональное признание. В 1960 году Леви-Стросс основал Лабораторию социальной антропологии (LAS) и журнал L’Homme в 1961 году. Он опубликовал работу «Неприрученная мысль» в 1962 году и показал себя всему миру как преемник Дюркгейма и Мосса во французской социологической традиции.

Если смотреть ретроспективно, в том, что касается наших современных опасений по поводу пандемий, период 1958-1968 годов представляется одновременно и золотым веком структурализма, который некоторые квалифицировали и как «Новое французское Просвещение», проявившее себя в блестящих работах Альтюссера, Деррида, Фуко, Делеза, и как новый период ослепления. «Славное тридцатилетие» (1946-1975) достигло своего потребительского расцвета в результате безрассудного способа производства, экологическое разрушительное воздействие которого начинает ощущаться. Однако Леви-Стросс дал пессимистическое описание этих разрушительных действий еще в 1955 году в «Печальных тропиках» и предпринял в своем обширном путешествии по индейским обществам в «Мифологиях» (1964- 1971) систематическую инвентаризацию того, что осталось от массового уничтожения их среды обитания. «Неприрученная мысль» была опубликована в 1962 — в том же году, что и две основополагающие работы современной экологической мысли: «Безмолвная весна» Рэйчел Карсон в США и «Естественная история инфекционных заболеваний» Фрэнка Макфарлэйна Бернета в Великобритании.


Видео по теме Этносфера сегодня: Уэйд Дэвис о том, как исчезают культуры и языки


Сегодня возникает вопрос, почему мир так мало волновали пандемии гриппа 1957 и 1968 годов, унесшие жизни, соответственно, 2 и 1 миллиона человек в южном Китае? Даже если сравнение может показаться шокирующим, эта слепота сравнима с той, которая привела поколение Леви-Стросса к игнорированию предупреждающих знаков нацизма. Однако Леви-Стросс осознавал риски появления вирусов в 1960-х и 1970-х годах, потому что он думал об этом со времени своей встречи с индейскими обществами, исчезновение которых под воздействием европейских микробов он сравнивал с уничтожением евреев в Европе. В 1996 году Леви-Стросс опубликовал в La Repubblica статью о кризисе коровьего бешенства, в которой обратился к работам Дэниела Карлтона Гайдусека о болезни куру в Новой Гвинее, задавшись вопросом:

«Можем ли мы принять точку зрения «примитивных обществ» на новые болезни, поражающие «современные общества»?»

Структурная антропология, возможно, была задумана как ответ на этот вопрос: наметить симптомы мира, который исчезает, чтобы придать смысл миру, который приходит, до окончательного исчезновения человеческого вида в той среде, которую он сделает непригодной для проживания.

Статья была впервые опубликована на французском языке 20 мая 2020 года в газете «Libération» под заголовком «Claude Lévi-Strauss, penseur incontournable des pandémies«.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Обозреватель:

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: