Диалог Востока и Запада: как буддизм пришел в европейскую философию?

От Юма до Витгенштейна: обозреватель Big Think Дафна Мюллер рассказывает о том, как буддизм проник в западную культуру и насколько мог повлиять на идеи европейских писателей и философов.

В журнале «Атлантик» профессор Калифорнийского университета в Беркли Элисон Гопник рассказывает о своем четырехлетнем путешествии из кризиса среднего возраста. В этом ей помогло изучение философии ДэвидаЮма и буддизма. В свои 50 лет Гопник начинает исследовать буддизм, связывая идеи этой религии с идеями философа 18-го века. Далее она запускает смелый исследовательский проект, вдохновленный вопросом, как Юм пришел к своей философии, которая «так сильно расходилась с западной философией и религией своего времени».

Юм наиболее известен своим отказом от идеи врожденного Я. Он пережил психологический кризис. Чтобы успокоить свои нервы, он переехал в небольшой городок во Франции, где и закончил одно из самых значительных произведений западной философии — «Трактат о человеческой природе». Опираясь на догадку, что Юм мог бы что-то знать о буддийской философии, когда писал «Трактат», Гопник копается в архивах и отправляется в Европу, чтобы узнать, что иезуитские священники в этом провинциальном французском городе действительно слышали о буддизме и имели ли они копии каких-нибудь тибетских текстов. Признавая, что не может быть уверена, она определяет, что «Юм мог действительно знать о буддийской философии» во время работы над «Трактатом».

Поиск прямых соответствий между буддизмом и западной философией — сложная задача, однако они действительно завязываются в причудливые петли.

Если все на самом деле так, то это было бы удивительным открытием, поскольку широко известно, что до 19 века буддизм не был известен на европейском континенте. Тем не менее вклад буддизма в современную западную философию и религию часто недооценивался. Фридрих Ницше восхищался сложной моралью этой религии, также, по заверению некоторых, на Мартина Хайдеггера повлияли дзенские тексты. Даже Артур Шопенгауэр шутливо называл себя иногда «буддистом».

Поиск прямых соответствий между буддизмом и западной философией — сложная задача, однако они действительно завязываются в причудливые петли. Например, в 1879 году еще один 50-летний человек находился в разгаре личностного кризиса, а именно — Лев Толстой. Русский писатель начал много читать и работать над собой, отвергнув свой литературный успех (он даже назвал «Анну Каренину» «мерзостью»). Писатель восхищался буддийскими текстами, а также произведениями Шопенгауэра, и начал писать «Исповедь», небольшую книгу, отправным пунктом которой стал вопрос: «В чем смысл жизни?». В последующие годы он развил свои мысли, включая неортодоксальность христианство и даже синтезируя Евангелие с практикой просветления, похожей на дзен.

Будда говорит: «Всё, чем мы являемся, есть результат наших мыслей».

Впоследствии «Краткое изложение Евангелия» Толстого оказало огромное влияние на философа 20-го века Людвига Витгенштейна, который носил эту книгу с собой в окопах во время Первой мировой войны. В это время он начал писать еще одну чрезвычайно важную книгу в западной мысли – «Логико-философский трактат». Если вкратце, в книге утверждается, что мир может быть бесконечно проанализирован и разбит на более мелкие части вплоть до точки потери перспективы любого воспринимаемого целого. В заключении Витгенштейн сообщает своим читателям, что, если они его поймут, они также поймут, что то, что он написал, является бессмыслицей. Будда говорит: «Всё, чем мы являемся, есть результат наших мыслей».

Реальный вывод из статьи Гопник заключается не столько в том, что Юм опирался на буддизм при написании «Трактата», сколько в предположении определенных следствий из возможности того, что он мог иметь доступ к буддистским текстам. Не менее возможным является то, чтобы 25-летний шотландец столкнулся с тибетской мыслью в невзрачном французском городке, чем то, чтобы 25-летний австриец смог найти книгу Толстого во время Первой мировой войны. Мы всегда находимся в более тесных отношениях, чем нам хотелось бы верить. Есть даже свидетельство того, что ранние миссии христианской церкви в Китае пытались сочетать философию буддизма с христианской доктриной. Как отмечает историк христианства Диармэйд МакКаллок в своей книге «История христианства: первые три тысячи лет», миссионерский епископ 7-го века Алопен Алопен (в другой транскрипции – Олопан) – епископ Сиро-халдейской (ассирийской) Церкви, который проповедовал в Китае в 7 веке.  написал христианскую сутру, которая, похоже, является «реальной попыткой предположить, что учение буддизма в буквальном смысле вдохновлено Святым Духом».Что, если какая-то из идей буддизма просочилась на европейский континент? Проведение параллелей между буддизмом и западной философией не умаляет вклада какого-либо автора в нашу культуру. Скорее, это открывает нам понимание того, кем мы думаем, что являемся за пределами произвольных различий Востока и Запада. Это становится постоянным диалогом, как объясняет Туптен Джинпа, многолетний переводчик Далай-ламы XIV.


Подборка по теме

—  «Языковые игры» Витгенштейна: путь к свободе

— Как выйти из колеса привязанностей и не удариться в мистику: современный подход к практике буддизма

— Дж. Д. Сэлинджер и дзен-буддизм: в поисках выхода из кризиса


Источник: Was Western Philosophy Derived from Eastern Spiritualism?

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Обозреватель:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: