«Лишь инструмент»: что ученые и философы говорят об ЛСД?



Сегодня весь мир переживает своеобразный «психоделический ренессанс»: многие страны снимают запрет на исследование влияния ЛСД на человека, а ученые находят все новые способы использование психоделиков в медицинских целях (паллиативная медицина, коррекция тревожных расстройств, лечение алкоголизма и т.д.). Это порождает новую огромную волну интереса к подобным веществам и проблеме «хакинга сознания». В чем неоднозначность этой ситуации? Рассказываем про опыт использования психоделиков писателя Олдоса Хаксли, нейробиолога Сэма Харриса и философа Алана Уотса и разбираемся вместе с ними, что заставляло людей разных эпох прибегать к веществам, изменяющим восприятие, на какие вопросы психоделики не могут дать ответов и почему экстаз — это не цель, но средство, а рывок за границы рассудка — опыт, переварить который не всем под силу.

Преамбула

Британский писатель, Джеральд Хёрд, автор научных трудов по истории и сознанию человека, испытал на себе влияние ЛСД раньше, чем большинство людей, примерно в середине 1950-х годов. Его опыт приема и личные представления об ЛСД как катализаторе возникновения моментов почти религиозного откровения заставили многих других мыслителей попробовать его, среди них оказались и писатель Олдос Хаксли, и пионер психоделической эры, психолог Тимоти Лири. В интервью, которое вышло в журнале Waking Bliss, Херд описал свой опыт следующим образом:

Есть цвета и красота, формы, невероятные формы проявления вещей … Но это только начало. Внезапно вы замечаете, что нет никакого разделения. Что вы не сидите на необитаемом острове и не пытаетесь докричаться до кого-то или услышать и понять кого-то. Вы знаете. Вы повторяете себе одно слово: эмпатия. 

В результате десятилетий строжайших запретов на изучение наркотиков возможность исследовать весь спектр воздействий галлюциногенов на организм человека была сильно ограничена. Что касается места психоделиков в современном мире, то можно отметить, что мы переживает «небольшой психоделический ренессанс», в котором прослеживются следующие тенденции:

  • Увеличивается количество медицинских исследований всех типов психоделиков, что помогает найти способы их применения в лечении психических расстройств.
  • Все популярнее становится феномен «микродоз»— прием небольшой дозы ЛСД для получения выгоды без сильных галлюцинаций. Эту философию мы можем встретить сегодня даже в Силиконовой долине.

Но если говорить о повседневной практике и отношении общества к психоделическим веществам, то что, помимо медицинской стороны, стоит учитывать? Обратимся к опыту мыслителей, испытавших на себе воздействие галлюциногенов.

Олдос Хаксли

Олдос Хаксли / Archivo Historico Sinaloa / Flickr

Британский мыслитель Олдос Хаксли, известный как автор книги «О дивный новый мир», экспериментировал с психоделиками в конце 1950-х годов. Его переживания на эту тему записаны в эссе «Двери восприятия. Рай и ад». Хаксли считал, что такие препараты, как мескалин и ЛСД, позволяют смотреть на мир «как есть», а не так, как мы обычно его воспринимаем — способом, более подходящим для выживания. Он называл такой взгляд на мир «разумом в целом» и считал, что за этим счастливое будущее для всех.

Хаксли отмечал, что тысячелетиями в каждой культуре стремились найти вещество для бегства из реальности. По его мнению, психоделики наиболее безвредная альтернатива табаку и алкоголю, которая не просто дает возможность сбежать из повседневного мира, но и пройти мистическую инициацию.

Однако Хаксли также считал, что ЛСД не должен быть общедоступным. В конце своей книги он пишет, что психоделики не дают просветления, но могут быть полезны для мыслителей, которые связаны с миром слов и символов. Начавшееся случайно, его увлечение наркотиками продолжалось всю оставшуюся жизнь; на смертном одре он попросил жену сделать ему инъекцию ЛСД. Она выполнила его просьбу.

Сэм Харрис: могут ли психоделики помочь расширить сознание?

Влияние ЛСД на человека (Сэм Харрис)
Сэм Харрис / Wikimedia Commons

Сэм Харрис, американский нейробиолог и проповедник нового атеизма, экспериментировал с МДМА, чтобы понаблюдать его влияние на психику. Этот опыт привел его к осознанию связи с каждым живым существом на Земле. Трип был настолько мощным, что ему потребовались годы, чтобы полностью уложить в голове пережитые ощущения.

Хотя Харрис является сторонником так называемой светской медитации (нерелигиозной медитации), но считает, что она как инструмент работает не для всех. Несмотря на то, что с психоделиками подобных проблем не возникает (достаточно знать дозировку, чтобы добиться желаемого эффекта), Харрис убеждён, что всего, что дают психоделики, можно достичь, не прибегая к ним. Вот что он говорит о своем опыте:

Мой опыт приема наркотиков поменял мое отношение к человеческим возможностям. Я попробовал МДМА еще до того, как он стал клубным в 1987 году. Тогда его использовали для психотерапии.

Мы с моим другом приняли его, и у нас был очень долгий разговор. Мы становились все честнее, честнее и честнее в наших мыслях и чувствах. Единственное ужасающее в этом опыте было то, что ты полностью теряешь концентрацию.

В этом состоянии я смотрел на себя глазами моего друга – это был момент осознанности, и я понял, что я люблю своего друга и просто хочу, чтобы он был счастлив. Это был революционный инсайт, мое эго полностью растворилось. Потом я осознал, что в таком состоянии я бы чувствовал что-то подобное в отношении любого, кто зайдет в комнату, к любому живому существу, даже почтальону. Этот опыт просто взорвал мой мозг и долгие годы я пытался включить пережитое в свою интеллектуальную жизнь.

После у меня были и другие духовные опыты, например, медитация в Непале, поэтому я с уверенностью могу сказать, что подобного состояния можно достичь и без наркотика.

Алан Уотс: «Мне кажется, я не расстроился бы, если бы завтра ЛСД исчез с планеты»

Британский философ Алан Уотс, известный популяризацией восточной философии на Западе, также экспериментировал с ЛСД и другими наркотиками. Он считал, что ЛСД дает «вспышки» духовности и помогает людям осознать их связь со Вселенной, однако этот опыт никогда не должен восприниматься как самоцель.

Мне кажется, я не расстроился бы, если бы завтра ЛСД исчез с планеты. Я открыл для себя, что трипы не должны быть частотными, как например, походы в церковь. Это что-то, что нужно принимать небольшими порциями, растягивая на несколько раз. Многое зависит от того, сможете ли вы интегрировать полученный психоделический опыт в свою жизнь и обьединить со всем, что знали.  

Но есть другая категория людей, которые думают, что увеличивая дозу ЛСД из раза в раз, они найдут ответ на какой-то вопрос, как будто есть какое-то конечное решение. Из приема психоделиков они устраивают диету.

Любая практика, будь то йога или прием ЛСД, созданы для духовного пробуждения. Состояние экстаза, сопровождаемое им, лишь промежуточное состояние во всех религиях. В дзен-буддизме, когда приходит сатори (пробуждение), вы чувствуете экстаз, вы чувствуете себя так, как будто вы прогуливаетесь на свежем воздухе, вы неуязвимы и счастливы, словно жаворонок. Это как фантастический взрыв.

Поговорка гласит, что монах, достигший сатори, стрелой отправляется в ад. Это происходит потому, что он начинает цепляться за этот опыт. И если вы думаете, что экстаз – важная составляющая психоделического опыта, то это не так. Это лишь промежуточная стадия, из которой вы вернетесь к вашей повседневной жизни. Но нужно помнить, что повседневная жизнь как она есть – великая вещь. Будда говорил, что нет разницы между ней и божественным.

Позже об употреблении наркотиков он заключил следующее:

Когда ты получил сообщение, не забудь повесить трубку. Психоделики — лишь инструменты, такие как микроскоп, телескоп или телефон. Биолог не всегда глазеет в микроскоп, он уходит и работает над тем, что увидел.

Безусловно, есть и другие мыслители, которые пробовали ЛСД и могли бы рассказать об этом многое. К примеру, Джордж Карлин, Ричард Фейнман и Стив Джобс. Были и не склонные к философствованию знаменитости, которые получили новый опыт с ЛСД: Джими Хендрикс, Кен Кизи, Кэри Грант и Джордж Харрисон.

Хотя все эти иконы искусства и науки расходятся во мнениях о преимуществах психоделиков, они сходятся в одном: галлюциногенный эффект положителен не для всех.

Поэтому не стоит интерпретировать вышесказанное как одобрение употребления психоделиков. Любые галлюциногены могут опасны — если не для физического, то для психического здоровья человека. Возможно, более точно на эту тему высказался Сэм Харрис:

Я не хочу сказать, что каждый должен попробовать психоделики… Эти вещества представляют определенную опасность. Ведь есть люди, которые не могут позволить себе даже малейшего рывка за границы рассудка.

Поскольку Запад продолжает взвешивать плюсы и минусы различных химических веществ, показания этих здравомыслящих людей должны быть включены в дискуссию.

Подборка статей по проблеме сознания

«Кто мы?»: лекции TED о сознании, мозге, человеке

Медитация осознанности: не только просветление

К гипотезам бессмертия сознания: почему в жизни после смерти «ты» будешь уже не «ты» 

Проблема сознания в психологии и философии: кто управляет нашими мыслями?

По материалам 4 philosophers who dropped acid / Big Think

Обозреватель:

Один комментарий

  1. >Любые галлюциногены могут опасны

    Слово «могут» лишнее. Ну или не хватает «быть»

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.